?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Макс Нордау писал:


( 26 августа 1789 года, Декларация прав человека и гражданина. Великая французская Революция)

"..Новые чувства охватили еврейские сердца. Впервые евреи могли предполагать, что они не чужие в тех странах, где они живут. Они вступили в недоступные и неведомые им дотоле отношения к своему времени и к окружавшей их нееврейской среде. Нити мыслей протягивались между умами, волны взаимной симпатии охватывали сердца, евреи воспринимали в себя общую культуру, они стремились натурализироваться в качестве европейцев..

Надвигался критический момент в развитии еврейства. Просвещение в некоторых местах совершенно разрушило непроницаемые стены отделявшие евреев от христиан, по крайней мере повсюду пробило в них брешь..

Французская революция(1789) сделала еще один шаг вперёд, громадный решительный шаг: она дала евреям Франции полное гражданское равноправие, она уничтожила всякое правовое различие между евреями и другими гражданами. До этого времени никто не сомневался в существовании еврейского народа. Во всех официальных документах (как неприязненных, так и благоприятных), говоривших о евреях, речь неизменно шла о «еврейской нации», и сами евреи также всегда обозначали себя терминами «еврейский народ» или «еврейская нация».

Французская революция сделала все возможное для того, чтобы окончательно уничтожить еврейскую нацию..", ..пережившую, по крайней мере, в качестве понятия, свою политическую смерть на 17 столетий.



Уравняв евреев в правах со всеми другими гражданами, французская революция одним ударом разорвала их связь с прошлым, которое одновременно было и их гордым наследием, и их тяжелым ярмом. Из палестинцев незапамятной древности она сделала их французами сегодняшнего дня, для которых происхождение из страны Иордана имело так же мало значения, как для бретонцев происхождение из Англии, для бургундов, франков и вестготов происхождение из Германии, для норманнов – из Дании и Норвегии.
Чрез врата французского революционного законодательства западное еврейство вступило в мир Европы.

Евреи уже не были больше неприязненно терпимыми, зависящими от капризной прихоти чужаками. Они имели отечество. Они были оседлыми полноправными гражданами. Они соединились с другим мощным народным организмом, и это новое политико-биологическое соединение они предпочли тем естественным, тянущимся на протяжении тысячелетий, корням от которых они были оторваны. Верные своей почти двухтысячелетней привычке, они не смотрели дальше современного им момента и не сделали из изменившегося положения необходимых логических выводов.

Но то, чего они избегали, сделал Наполеон – он довел принцип эмансипации до его логического конца. Он понимал равноправие в том смысле, что евреи должны стать французами без всяких оговорок. Без всяких оговорок – это значит: без намерения и без надежды когда-либо изменить своё отношения к отечеству, без какого-либо идеала, лежащего за пределами французского патриотизма, без признания своей связи с евреями по ту сторону французской границы, без сохранения какой-либо межи отделяющей евреев от их христианских сограждан, без какого бы то ни было, хотя бы даже несознаваемого, тайного стремления к дальнейшему сохранению особой жизни среди нации равенства. – Недоверчиво и категорически поставил великий реалист перед евреями ту проблему, которой они не видели, или не хотели видеть, и властно требовал от них недвусмысленного ответа.

Наполеон созвал в Париж Синедрион и поставил перед ним ясные вопросы, и среди них следующие:
3-й вопрос: Имеет ли право еврейка выйти замуж за христианина и еврей жениться на христианке, или же еврейский закон предписывает евреям заключать браки только между собою?
4-й вопрос: Являются ли французы нееврейского вероисповедания в глазах евреев братьями или чужими?
6-й вопрос: Признают ли евреи рожденные во Франции и признанные законом французскими подданными  Францию своим отечеством? Обязаны ли они её защищать? Обязаны ли они следовать её законам и подчиняться предписаниям французского кодекса?

На 4-й и 6-й вопросы Синедрион мог с полной и радостной искренностью вполне чистосердечно дать положительный ответ. Но 3-й вопрос поставил верноподданного Зинцгейма, долженствовавшего дать на него ответь, в самое ужасное замешательство. Быть может, лишь при этом вопросе перед Синедрионом раскрылся глубокий смысл и действительное значение дарования французским евреям прав. Люди вроде Зинцгейма поняли чего от них требуют и в мучительной борьбе совести искали исхода из тяжкой дилеммы.

То, чего от них требовали означало собой отказ от прошлого и будущего во имя настоящего. Они не должны были больше помнить, что они стояли некогда у подножия Синая; они не должны были больше надеяться, что им суждено возрождение их великой национальной жизни. Они должны были перестать верить в Мессию и перестать ждать его появления. Они непреклонно отказывались признать Иисуса из Назарета Мессией и за это стойко вынесли 18 столетий адской жизни. Теперь они должны были видеть наступление времени Мессии в революции и царстве Наполеона, теперь они должны были признать, что или они ожидали в мистической тоске на протяжении 18-ти столетий именно этого политического события, или что целых 18 столетий заблуждались, поверженные в сумасбродную ошибку.

Вера в Мессию, правда, не является этической и метафизической основой еврейской религии, но она её историческое ядро. Отнимите у неё это содержание и еврейская релиигия становится чахлой; остается только сухая скорлупа, которую в зависимости от темперамента и личного мировоззрения можно представлять себе либо в виде неопределенного теизма с монистической окраской, либо в виде лишенного догм спиритуализма.

Набожные и знакомые с родной литературой евреи не хотели признать, что эмансипация по мысли христианских законодателей означает собой искоренение мессианских надежд из их сердец. Они избегали проявлять своё согласие с таким смыслом своего гражданского равноправия. Они охотно соглашались признать навеки Францию своим окончательным отечеством, за границами которого для них нет никаких желаний и надежд, они охотно соглашались признать себя самих не только гражданами Франции, но и французами. Но одновременно с этим они продолжали в своих молитвах тосковать и молить о Мессии, о том Мессии, который в случае своего появления должен был бы перевести их из Франции в Палестину, и где они в лучшем случае могли бы быть лишь обитателями французской колонии. Этого противоречия они, вероятно, не сознавали, во всяком случае, они, по-видимому, от него не страдали.

В течение 19-го столетия все цивилизованные страны последовали примеру Франции. В одних местах раньше, в других местах позже, повсюду, за исключением России и Румынии, евреям Европы и Америки было даровано отечество и повсюду законодатель сопровождал это уравнение в правах молчаливым или ясно выраженным предположением что это отечество должно быть единственным и окончательным, что у новых граждан отнюдь не должно быть центробежных стремлений или даже грёз.

Масса не умеет анализировать. Мы, евреи, в этом отношении не отличаемся от других. Масса не задумывалась над сложными проблемами. После 18-ти столетий скитаний, на протяжении которых ее жизнь была подобна бесцельному блужданию на призрачном корабле летучего Голландца, эта масса была счастлива иметь, наконец, под ногами твердую почву и целиком отдалась неизведанному блаженству уверенного спокойствия.
По старой привычке она, однако, сохранила свои праздники, которые все заключали в себе национально-еврейский смысл и все были связаны со старой палестинской родиной, но праздновала их в силу рутины, не заботясь об их действительном значении. Она спокойно продолжала молиться о возвращении в Иерусалим, но и это не нарушало её покоя, ибо она совершала свои молитвы чем дальше, тем реже и реже. Да и содержание молитв её больше не могло смущать, так как она постепенно дошла до успокоительного незнания еврейского языка на котором эти молитвы были составлены.

Меньшинство евреев, люди обладавшие высокой образованностью и тонкой чувствительной этикой, конечно, не могли так легкомысленно проскользнуть мимо сложной проблемы выросшей перед ними. Эти евреи хотели иметь определенное отношение к миру и к жизни. Они стремились к искренности по отношении к самим себе, к внутреннему единству, к философии удовлетворяющей разум и чувство, отвечающей потребностям логики  предохраняющей от трагического конфликта идеалов. И они нашли различные решения проблемы, громадную серьезность которой они вполне сознавали.

Наиболее радикальные или поверхностные избрали самое простое - они крестились. Вместе с отказом от Мессии они отказались от самого еврейства. Вместе с гражданским равноправием они восприняли и господствующую религию. Таким путём они раз и навсегда покончили с внутренней раздвоенностью. В течение 19-го столетия в странах эмансипации десятки тысяч евреев, в том числе и множество выдающихся, пошли по этому пути, для избежания которого их предки выносили все муки тернистого пути непрерывных изгнаний и шли на костер.

Другие отворачивались от крещения как от постыдной нечестности по отношению к самим себе и к своим христианским согражданам, но примыкали к особого рода индифферентизму, в котором не было места ни для каких мистически-религиозных элементов. Фактически и они были потеряны для еврейства, даже если они не выступали формально из еврейских общин и не объявляли себя konfessionslos там, где это было позволено законом.

Количественно они были гораздо более многочисленны чем крещённые евреи, так многочисленны, что остряки говорили: «еврейство в настоящее время является религиозной общиной атеистов». Они надеялись, что просвещение будет и среди христиан делать быстрые успехи, так что вскоре они не будут исключением, а, напротив, бесследно растворятся в массе свободомыслящих людей различного происхождения.

Третья группа не решилась ни на крещенье, ни на объявление себя konfessionslos. Она избрала путь оппортунизма, в котором не было ни особенно много геройства, ни особенно много эстетики. Эти евреи добровольно решили остаться евреями, но постарались привести свое еврейство в гармонию со своим отказом от всякой мессианской надежды. Они этого достигли тем, что реформировали иудаизм, т.е. заменили его древнее благородное восточное одеяние модным сюртуком кокетливо-современного покроя. Они превратили синагогу в церковь без креста и назвали ее храмом (Tempel). Они изгнали из молитвенника ставший для них непонятным еврейский язык и выбросили из молитв всякое упоминание о Мессии, о грядущем возвращении на старую родину. Реформированное еврейство сознательно порвало с историческим иудаизмом. Оно формально выступило из еврейской народной общности устранив всё национальное в молитвах и в праздниках или произвольно извратив эти национальные элементы в бессодержательные символы противоречащие их действительному смыслу.

Теоретически реформированный иудаизм представлял собой стремление к полному приспособлению к новому государственно-правовому положению эмансипированных евреев. Практически это было переходной ступенью и подготовкой к облегченному и окончательному переходу в современное христианство.

Но наряду с крещёнными, объявившими себя konfessionslos и реформированными евреями, возникло еще и четвертое направление пытавшееся иным путём, философски приспособить мессианскую идею к веяниям нового времени. Раввины, явившиеся представителями этого направления, изобрели пресловутою теорию миссии еврейского народа. Впрочем, когда я говорю: «они изобрели её», то я оказываю им чересчур много чести. В действительности они не изобрели ничего. Они просто переняли учение, которое христианская церковь провозглашала на протяжении 17-ти столетий, и лишь пытались смело переиначить его. (Это четвёртое направление, очевидно, в наши дни представлено общиной Нетурей Карта. katson)

Чему учила церковь? Она учила, что еврейский народ осуждён Провидением на вечное рассеяние по всему миру, что он должен жить в изгнании и унижении дабы повсюду служить живым свидетелем Библии и её предсказаний, и что его вина будет искуплена лишь к концу времён, когда Спаситель вновь вернётся на землю, и даже последние неверующие исполнятся верой в Него, и станет един пастырь и едино стадо.
Чему учили провозвестники теории еврейской миссии? Они учили, что еврейский народ избран Провидением на рассеяние по всему миру, что он должен жить в этом рассеянии дабы повсюду служить живым свидетелем верности Библии и её предсказаний, и что его назначение будет исполнено лишь тогда, когда даже последние неверующие исполнятся верою в одного единого Бога и всеобщей братской любовью друг к другу, и когда станет един пастырь и едино стадо. Как видите, это слово в слово то же самое, с той лишь разницей, что те слова, которые заключают в себе осуждение, заменены другими. Там, где церковь говорит о наказании, раввины говорят о назначении; там, где церковь говорит тогда вина будет искуплена, они говорят: тогда назначение будет исполнено, и т.д.

Одна восточная сказка рассказывает, что персидский шах однажды утром в чрезвычайно мрачном настроении послал за своим первым толкователем снов и сказал ему: «Мне снился странный сон, который меня беспокоит. Я видел во сне, что у меня выпали все мои зубы. Истолкуй мне значение этого скверного сна!» «Действительно, это плохой сон, – опечаленно ответил ему толкователь снов, – он возвещает тебе, великий государь, что тебя постигнет горе видеть смерть всех своих родных». «Прочь этого глупца, и дайте ему 50 палочных ударов по пяткам!» – крикнул разгневанный шах: «приведите ко мне моего второго толкователя снов». Последний пришёл. Шах рассказал ему свой плохой сон. «Плохой сон»? – радостным голосом воскликнул мудрый муж: – «Великолепный сон! Сон, сулящий счастье! Радуйся, великий государь, ибо он возвещает тебе, что ты будешь иметь счастье славно пережить всех своих родных»! «Вот это хорошо, – сказал довольный, шах, – хранитель моей казны, выдай моему верному снотолкователю 50 золотых туманов». По этой форме раввины, провозвестники теории миссии, сделали из презрительного клейма церкви лавровый венок, не меняя, однако, ничего в самом содержании воззрения церкви. С помощью заимствованного у наших непримиримых врагов учения они лишили или пытались лишить еврейство его национального характера, его надежд на будущее воссоединение и возрождение в качестве нормального исторического народа.

Жертва была принесена. Центральный идеал, сохранивший еврейство на протяжении почти двух тысяч лет, был отвергнут. Началось распадение еврейства. Правда, восточное еврейство не было затронуто этим распадом и осталось с национальной общностью. Но западные евреи демонстративно стали отворачиваться от своих восточных братьев и начали пользоваться словами «польский еврей» лишь как бранными словами.

Они ожидали, что в награду за такую покорную уступчивость, после столь долгого упорства, христианский мир забудет все свои старые предрассудки по отношению к ним и признает их действительными братьями и членами европейских народов. На протяжении почти одного поколения, приблизительно в течение третьей четверти 19-го столетия, эта цель казалась действительно достигнутой. Несколько блаженных лет, скажем – между 1860 и 1875 – в западных странах, казалось, не существовало еврейского вопроса. Там где старая ненависть к евреям изредка еще вспыхивала под пеплом она вызывала у евреев лишь ироническую жалость. Они смотрели на это как на странный пережиток, приблизительно как на проявление в наше время боязни перед ведьмами или веры в дьявола. Но последняя четверть 19-го столетия принесла с собою резкую и глубокую перемену. Во всех концах Европы вспыхнул пламенный антисемитизм с такой силою, выше которой он не достигал даже в средние века.

С растерянным отчаянием еврейским гражданам пришлось увидеть, что их христианские сограждане, и как отдельные индивидуумы, и как общество в целом, взяли обратно то равноправие, которое они, как политическое целое, как государство, даровали евреям. Евреям начали отказывать в способности проникаться патриотизмом, снова их стали признавать чужими, обращаться с ними как с чужими. Это был самый тяжелый удар, который им могли нанести. Они ревностно, даже гневно, отрицали существование еврейского народа, они категорически отказывались от какой бы то ни было общности с заграничными евреями, они с лёгким сердцем отбросили все надежды на национальную будущность еврейства, – и всё же чужие! И что в особенности больно поражало их сердце, это был неожиданный характер, который принял антисемитизм: антисемитизм не щадил и свободомыслящих евреев, он обрушился с особенной резкостью на реформированных евреев, он, наконец, не оказался более милостивым даже по отношению к крещённым евреям. И если антисемитизм еще относился с несколько большим уважением к какой-либо категории евреев, то это были как раз осмеиваемые, презрительно ославленные реакционерами, ортодоксальные евреи с их национальным чувством и верой в Мессию.

Новый принцип проложил себе путь в культурный мир - принцип национальный. Этот принцип занял в сознании образованных классов то место, которое в прежние столетия занимала религия. Чувство общности между людьми начало всё больше базироваться на общности национальной, её должны были определять не одинаковый язык и обычаи, не общие идеалы и переживания, а исключительно одинаковое происхождение, родство по крови. Этот выдвинутый на авансцену национальный принцип, вскоре перешедший в слепой расовый шовинизм, обладал той же исключительностью и самовозвеличением, тем же фанатизмом, той же враждебностью к стоящим извне, как религия в средние века.

Евреи снова очутились перед глухой стеной, они снова оказались чужими в своём правовом отечестве, их сограждане снова стали обращаться с ними как с чужаками, они снова были морально изгнаны из Европы.

Полный текст статьи Макса Нордау можно почитать здесь

Comments

( 19 comments — Leave a comment )
banderrass
Jun. 10th, 2013 03:34 am (UTC)
Это еще надо уметь, в положительных моментах искать плохое. А вообще нельзя всегда искать врагов, хотя это и есть принцип иудаизма, все вокруг враги, дали свободу враг, не дали всеравно враг.
Вспоминается еще один момент, когда Папа решил помолится у Стены Плача, его не пустили, мол сними крест а потом молись, Папа как человек кроткий снял крест. Но мне трудно представить хотябы одного раввина который пойдет на такой жест. А ведь в Библии сказано, кроткие унаследуют Землю.
katson
Jun. 10th, 2013 08:22 am (UTC)
banderrass, откуда история про Папу и снятый им крест?

Не знаю, символ креста можно просто считать одним из древних символов человечества. Дело ведь не в самом символе, а в людях, в их ассоциациях связанных с крестом.

Например, римляне захватившие Иудею и разрушившие Иерусалимский Храм, распяли на деревянных крестах десятки тысяч сопротивлявшихся им иудеев, в том числе и Йеошуа(Иисуса). Затем на Иерусалим несколько раз шли крестоносцы, которые с крестами на флагах и мечами в руках воевали с мусульманами и по ходу вырезали безоружных иудеев. В силу этих реальных исторических обстоятельств отношение евреев к римскому кресту - орудию и знамени массовых казней евреев - очень тяжелое. В середине 20-го века нехорошее впечатление на евреев произвёл ещё один символ-крест - фашистская свастика.

Появление Римского Папы с крестом у стены разрушенного римлянами Иерусалимского Храма - явление выдающееся. Просто нужно было сопроводить его понятными для участвующих сторон жестами и объяснить намерения.
banderrass
Jun. 11th, 2013 06:04 am (UTC)
Крест в первую очередь, должен вызывать плохие ассоциации у христиан, по такой логике.

Стену разрушили сами евреи, точнее римляне при помощи евреев. Вспомним историю.
katson
Jun. 11th, 2013 11:10 am (UTC)
Художественный фильм - это не история.

Евреи с оружием в руках до последней капли крови защищали Иудею и Иерусалимский храм от римских оккупантов. Сегодня по резолюции Организации Объединенных Наций Иудея признана арабским палестинским государством на основании принципа "право наций на самоопределение". Более того, та же ООН сегодня требует физического очищения Иудеи от евреев, правда не понятно на основании какого правового принципа или какой морали. Всё это очень выпукло свидетельствует о предвзятом, до пристрастия, отношении большинства человечества к евреям.

Поэтому нет ничего удивительного во взгляде большинства на историю еврейского народа.
banderrass
Jun. 12th, 2013 02:20 am (UTC)
Ну мы ведь это уже не раз обсуждали, ООН и есть создатель Израиля, а вместо спасибо вы опять ищите врагов.

Храм как и в первый раз, так и во второй, разрушили сами евреи. Если вы с этим не согласны, напишите новый пост, поговорим.

Edited at 2013-06-12 02:25 am (UTC)
katson
Jun. 12th, 2013 08:01 pm (UTC)
banderrass: "ООН и есть создатель Израиля"

Это ещё один миф. Ведь у ООН для создания государств, даже таких маленьких как Израиль, нет ни лопаты, ни кошелька, ни трудовых ресурсов. ООН вообще не занимается созданием государств.

ООН проголосовала за резолюцию (рекомендацию) о признании двух государств, еврейского и арабского, в западной Палестине.
Евреи создали своё государство своим потом и кровью. А вот арабы создать арабское государство на землях Иудеи со столицей в Иерусалиме так и не смогли, хотя с 1948 по 1967 они имели для этого все возможности.
banderrass
Jun. 12th, 2013 08:24 pm (UTC)
ООН признает государства, и без признания ООН, не может быть никакого государства. Поэтому если-бы евреи, хоть тыщу раз провозгласили о создании Израиля, а ООН бы не признал, то это ровным счетом ничего бы не значило. Евреи создали своё государство своим потом и кровью, но не без помощи христиан, и в частности отдельных церковных служителей, как известно первыми сионистами были христиане.
katson
Jun. 12th, 2013 11:14 pm (UTC)
ООН - это всего-лишь международная структура, созданная после Второй мировой войны с целью закрепить результаты очередного передела политической карты мира. Государства возникали и исчезали до существования ООН и будут наверняка возникать и исчезать после того как исчезнет ООН.

Так что, оглядываясь вглубь тысячелетий и заглядывая в будущее человечества, стоит признать, что государства создают народы которые хотят и которые способны самоорганизоваться, учитывая конечно, благоприятные и неблагоприятные внешние факторы.

Что касается роли христиан в возрождении Израиля, то надо признать что некоторая часть христиан очень хорошо относится к евреям, а поэтому и к Израилю. С такими христианами Израиль дружил, дружит и будет дружить. Неразрешимых тупиков в отношениях между народами нет, если есть на то обоюдная добрая воля и понимание.


Edited at 2013-06-12 11:15 pm (UTC)
banderrass
Jun. 13th, 2013 02:24 am (UTC)
Интересное определение "всего-лишь". В 20 и в 21 веке без признания ООН у страны не может быть правового статуса, а если у самопровозглашоннной страны нет и покровителя в лице хотябы одной державы, то она обречена на ликвидацию. До возникновения ООН, человечество было на другой ступени коммуникации между странами, и вообще людьми. Можно сказать что ООН это парламент всего мира, раньше подобного рода структуры просто не существовало, и возникновение разного рода царств и стран происходило легче, без признания кого либо.
vitali_45
Jul. 19th, 2013 09:03 pm (UTC)
Признавать или не признавать государство-дело других государств. ООН, в лице ее членов, может принимать или нет новых этих самых членов.
katson
Jun. 12th, 2013 08:14 pm (UTC)
Евреи сами дважды разрушили свой Храм?

0.К., чужие религиозные воззрения я не оспариваю.
banderrass
Jun. 12th, 2013 08:25 pm (UTC)
Почему религиозные? Я ссылаюсь на историю.
vitali_45
Jul. 19th, 2013 09:00 pm (UTC)
ООН, приняв резолюцию о создании двух государств, нарушила решения Лиги Наций, прямой наследницей которой является.
katson
Jun. 10th, 2013 08:29 am (UTC)
banderrass: "Это еще надо уметь, в положительных моментах искать плохое".

В том то и дело, что "Великая французская Революция" имела положительные моменты, но эти моменты, к сожалению, не характеризуют её суть. По сути это был великий красно-кровавый праздник гильотин.
banderrass
Jun. 11th, 2013 06:06 am (UTC)
Во время "Великой французской Революции" небыло никакой гильотины, это было потом, после второй революции "термидора".
katson
Jun. 11th, 2013 10:49 am (UTC)
Если отказаться от эмоционально-возвышенной предвзятости в оценке "Великой французской Революции", то глаза откроются и увидят факты. А факты свидетельствуют о "революционном трибунале"(см. Tribunal révolutionnaire) созданном именно революционерами во время революции для легализации своей революционной политики "Большого террора".

http://1789-fr.ru/Books/Rev_tribunal-0.html

Тот же "революционный трибунал" и те же гильотины чуть позже перешли в руки контреволюционеров, и.. не были конечно уничтожены, а просто продолжили рубить головы политическим оппонентам новых властьухвативших.
katson
Jun. 12th, 2013 12:05 am (UTC)
Из хронологии Великой французской Революции:

1 декабря 1789 года - Введение смертной казни посредством гильотины "как более гуманной"

То есть гильотина - детище Великой французской Революции. До этого гильотины не применялись во Франции для казни преступников.
banderrass
Jun. 12th, 2013 02:23 am (UTC)
Так мы о самом орудии, или о том когда его применили? Тоже-самое и с трибуналом, все это только во времена Робеспьера, а не Лафаиета.
vitali_45
Jul. 19th, 2013 09:10 pm (UTC)
Судя по этой статье, Перес правильно благодарил Россию за "Черту оседлости."
( 19 comments — Leave a comment )